Стоял нестарый ещё старик Петя у самого Синего моря и раз за разом невод в солёные бурные воды забрасывал. Да всё виделась ему злющая старуха его, размахивающая разбитым корытом.
И такая тоска взяла Петю за душу, что не заметил он, как кто-то слабо бьётся в неводе мокром.
— И что за жизнь мне такая никчёмная, невесёлая выдалась… Сутра и до вечера спины не разгибая мозоли натираешь, а счастья как не было видно, так и сейчас не видать, — напевал он привычную с детства песенку, потихоньку сматывая невод.
— Да, видать, ты и впрямь и простофиля, и дурачина, — услышал Петя неожиданно чей-то тонкий голосок.
— Ой, кто это? — послушно испугался нестарый старик, чтобы не нарушать канвы сказочной.
— Да я это — счастье твоё нежданно-негаданное, — хихикнул в ответ голосок тонкий.
— Никак ты. Золотая Рыбка? Вот здорово-то! Теперь ты исполнишь моё заветное желание? — умилился нестарый старик Петя, вызволяя рыбку из плена нечаянного.
— Как же, — засмеялась Золотая Рыбка, плавники расправляя, — держи карман шире. Глупость, она, конечно, тоже дар Божий, новее ж не стоит ею злоупотреблять. Отчего это я за тебя твою же работу делать буду?
Растерялся тут нестарый старик по всему брегу пенному. В старом неводе от смущенья запутался.
А Рыбка Золотая знай себе приговаривает:
— Лапоть ты заношенный, дурило ты стоеросовое, сотни лет прожил, а ума не нажил. Всё умение своё растерял. Всю удачу свою растранжирил …
Подкосились тогда ноги у старика Пети нестарого, рухнул он в песок мокрый на колени дырявые. Руки корявые, мозолями крытые, как последнее алиби рыбке протягивает.
— С утра и до вечера… Государыня Рыбка… света белого невзвидя… головы не подымая… всё лицо уж изморщинилось… да все руки потрескались… и под турком, и под немцем… и налоги эти окаянные… А счастье-то где? А жить-то как?..
Read the rest of this post »
