Божественное Единое


Вечером Дарительница Счастья разорвала подаренный мне зеленый лист на части. Она сосчитала нас каким-то своим способом и убедилась, что кусочков листа столько же, сколько и нас. Пока она готовилась, звучали музыка и песни. Затем началась игра.
Под звуки песни первый обрывок листа положили на песок. Потом положили еще один кусочек листа и еще один. Пение незаметно прекратилось. Мы все смотрели на головоломку. На землю клали один обры¬вок листа за другим, и я догадалась, каковы правила игры: передвигаешь обрывок, если видишь, в каком месте он подойдет. Не надо ждать своей очереди. Игра увлекла всех, но при этом никто ни с кем не соревновался. Когда верхнюю часть листа собрали целиком, все оживились: пожи¬мали друг другу руки, обнимались и кружились. При всеобщем учас¬тии мы наполовину справились с задачей. Мы снова сосредоточились и стали думать. Я подошла к листу и положила свой кусочек. Потом снова подошла, но не смогла понять, где мой кусочек, и села на место. Оота словно прочел мои мысли и ответил на мой невысказанный вопрос:
— Это ничего. Только кажется, что кусочки листа существуют отдельно друг от друга. Так и люди — только кажется, что они существуют отдельно друг от друга. На самом деле мы все — одно целое. Вот потому эта игра называется игрой сотворения.

Он перевел то, что хотели мне сказать остальные.
— Если все едино, это не значит, что мы все одинаковы. Каждое существо уникально. Двоим не бывает назначено одно и то же место. Каждая часть листа нужна, чтобы дополнить его до целого; точно так же и у каждой души есть свое особое место. Человек может испытать себя разными путями, но в итоге он найдет свое место. Однако кто-то из нас находит прямую тропу, а кто-то устало наматывает круги.
Я почувствовала, что все смотрят на меня, и подумала, что надо встать и подойти к листу. Там остался лишь один промежуток, и обрывок листа, который подходил, лежал совсем рядом. Я положила его на место, и радостный крик огласил необъятные просторы. Все племя ликовало!
Вдалеке собаки динго подняли заостренные морды к небу и завыли, глядя в черное бархатное небо с вкраплениями искрящихся небесных бриллиантов.
— Ты завершила игру, что подтверждает твое право быть среди нас. Мы идем по прямому пути Единого. У Пришельцев много верований. Они говорят: твой путь не такой, как мой, твой спаситель — не мой спаситель, твоя вечность — не моя вечность. Но истина в том, что вся жизнь едина. Ведется только одна игра. Есть одна раса и много разных оттенков. Искаженные спорят: какое имя у Всевышнего? Как строить Его дом? Какой день священный? Какой обряд правильный? Приходил
ли Он на Землю? Что значат Его притчи? Истина есть истина. Если ты кому-то причиняешь боль, ты вредишь самому себе. Если помогаешь другому, помогаешь и самому себе. Кровь и кости есть у всех людей. Но у всех разные сердца и желания. Искаженные думают лишь о делах своего века и о себе, словно существуют отдельно от всех остальных. Истинные Люди думают о вечности. Мы все едины — наши предки, нерожденные внуки и все живое во Вселенной.

После того как игра окончилась, один из них поинтересовался: правда ли, что есть люди, которые за всю жизнь так и не узнают, каким талантом наградил их Бог? Я вспомнила о своих пациентах: кто-то из них был очень подавлен, многим казалось, что жизнь обошла их стороной — в отличие от всех остальных, от тех, кому удалось сделать что-то стоящее. Мне пришлось признать: многие Искаженные не верят в то, что у них вообще есть какой-либо талант, и не думают о смысле жизни, пока не приходит пора умирать. Моему собеседнику на глаза наверну¬лись крупные слезы, он покачал головой: ему трудно было поверить, что такое возможно.
— Почему же Пришельцы не видят: если от моей песни кто-то счастлив, то это хорошо? Помогать одному человеку уже хорошо. Ведь сразу всем и не поможешь.
Я спросила, знакомо ли им имя Иисус.
— Конечно, — ответили мне. — Миссионеры поведали нам: Иисус был Сыном Божьим. Это наш старший брат. Божественное Единое в облике человека. Его надлежит почитать более всех. Божественное Единое пришло на Землю много лет назад, чтобы научить Искаженных, как надо жить, чтобы напомнить им то, о чем они забыли. Иисус не приходил к Истинному племени. Он мог прийти, мы всегда были здесь, но Его послание не относилось к нам. Потому что мы ничего на самом деле не забыли. Мы и так жили в соответствии с Его Истиной. Для нас Единое — это не какая-то вещь. Пришельцы, похоже, сильно привязаны к форме. Они не могут принять того, что невидимо и не имеет очертаний. Бог, Иисус, Единое для нас это не просто сущность, которая окружает все материальные формы или присутствует в них. Это все вообще!
В племени верят, что жить — значит постоянно меняться, двигаться вперед, развиваться. Они говорят, что есть «время жизни» и «время не жизни». Люди «не живут», когда злятся, унывают, жалеют себя, когда поглощены страхом. Если ты дышишь, это еще не значит, что ты живешь. Это просто значит, что рано хоронить твое тело. Не все, кто дышит, пребывают во «времени жизни». Если человек хочет сам понять, что значит испытывать агрессивные эмоции, то это естественно, но муд¬рый на этом не остановится. Когда душа обитает в человеческом теле, мы можем играть: через игру мы учимся, что значит быть счастливым, печальным, ревнивым, благодарным и т. д. И на основе этого опыта в конце концов понимаем, что приносит боль, а что исцеляет.

Марло Морган — Послание с того края Земли

О чем еще Собиратель звёзд: