Диалоги

-Алло. Привет, это я.
-Привет.
-Как дела?
-Нормально, спасибо. А у тебя?
-Тоже ничего. Чего не спишь так поздно?
-Не знаю, не спится. Ночь сегодня такая тёмная-претёмная. Какая-то глубокая…
-Луну видишь? Она сегодня тоже какая-то необычная. Большая такая и почему-то очень жёлтая.
-Вижу. Здорово. Мы с тобой видим одну луну. Господи! Как же я тебя люблю!
-Нет, нет, не говори этого, подожди, впереди ещё такая большая жизнь, ты ещё тысячу раз скажешь мне это.
-Тысячу?
-Нет, две, три, десять, миллион… Много миллионов раз я буду слышать, как ты говоришь мне это…
-Господи. Какая же сумасшедшая луна. Давай загадаем желание!
-Смешная. Желание загадывают, когда звёзды падают или когда монетку в реку кидают, но когда смотрят на луну, не загадывают желание…
-Всё равно. Давай. Я очень хочу. Очень-очень. И прямо сейчас.
-Давай. Я уже загадал.
-И что же?

-Говорить нельзя – не сбудется!
-Нет, про «лунные» желания говорить можно!
-Ладно. Я загадал, чтобы через много-много лет, когда мы закончим институт и нас отправят с наших работ на законные пенсии, чтобы когда-нибудь тогда мы проснулись с тобой такой же тёмной ночью и увидели такую же большую жёлтую луну. И если так будет, то будет жива наша любовь, навсегда, и даже тогда, когда мы, совсем старенькими тихо помрём в своих уютных кроватках.
-Милый, нежный, единственный. Мне кажется, что я сейчас разорвусь. То, что ты говоришь, — это так прекрасно. Я очень, очень, очень люблю тебя.
-Господи… Какая же всё-таки луна… Никогда её такой не видел… Знаешь… Я тут подумал… Я, наверно, буду любить тебя всегда… Всю жизнь… Всю…
-И я… буду любить тебя всегда. До самого конца, до самой смерти… буду любить тебя…

***

-Алло. Добрый день. Простите, а могу я поговорить с Настей?
-Да, я слушаю вас.
-Настя, это ты?
-Да, это я. Простите, а с кем я говорю?
-Настя, это Александр… Саша.
-Саша? Ка… Саша… Это ты?
-Да это я, Настя.
-Здравствуй, Саша. Не может быть…
-Как ты живёшь, Настя?
-Я… я… Господи! Смешной ты человек. Звонишь спустя двадцать лет и так вот абсолютно спокойно спрашиваешь, как я живу… Я, поверь, не знаю, что тебе сказать… Ну… живу, живу… Кручусь, верчусь, помаленьку… А ты, ты – что, где…
-Всё так же, как и у тебя, Настя. Тоже кручусь, тоже верчусь… Живу, словом…
-Какой ты сейчас?
-Не дождётесь. Ни одного седого волоса… Ты замужем, Насть?
-Была… Разведена.
-Несчастная любовь?
-Нет. Просто, как говорят, не сошлись характерами. А как твой личный фронт? Я же ничего, совсем ничего о тебе за эти годы не слышала!
-Моя вторая жена опять беременна. Ждём второго пацана. Первая – иногда звонит и даже заходит.
-С ума сойти! Бурно живёшь. А сколько лет твоему первому?
-Тринадцать. Весь в папу!
-У меня дочка. Красавица растёт. Ей всего одиннадцать лет, а кокетничает с мальчиками, как умудрённая опытом взрослая женщина.
-С ума сойти, Настька! Двадцать лет! Как один день!

***

-Алло. Здравствуйте. Это квартира Пахомовых?
-Да.
-Извините. Будьте добры Настю… Анастасию Фёдоровну…
-Это я.
-Здравствуй, Настя. Это Саша.
-Какой Саша, простите?
-Александр Николаевич… Ну Саша, твой одноклассник.
-Саша?! Это ты?.. Слушай, у тебя отличная привычка звонить раз в двадцать лет.
-Да, ты права. Ну… суета, суета, жизнь… сама, знаешь.
-Да… знаю. Но я тебя не забывала.
-И я тебя, Настя, не забывал. Клянусь… ни на минуту. Просто всё никак не добирался до телефона. Бывало, соберусь позвонить и откладываю. Так откладывал годы, десятилетия…
Теперь уж откладывать нельзя…
-Старость грядёт, Шурик?..
-Да… Смешно… но стареть очень не хочется. Совсем не хочется.
-А ведь если подумать, мы прожили уже больше, чем нам осталось. Жизнь пролетела, как один день. А мы всё летели и летели за ней. Только она, сам знаешь, всё равно быстрее.
-Помнишь, мы всё думали, с кем угодно – только не со мной, только не со мной.
Ошибались. Так не бывает. И моя седая башка с моим радикулитом говорят мне об этом каждое утро.
-Ты стал философом.
-Годы берут своё.
-Но голос твой не изменился ни на капельку.
-Ты помнишь мой голос?
-…Я помню всё.

***

-Алло! Алло! Вас плохо слышно! Добрый день. Простите. А позовите, пожалуйста, к телефону Анастасию Фёдоровну.
-Простите, а кто её спрашивает?
-Что?! Говорите, пожалуйста, громче — я плохо слышу!
-С кем я говорю?!
-Это Александр Николаевич.
-Александр Николаевич?.. А-а-а… Вы… вероятно, её одноклассник?
-Да, да! Тот самый.
-Здравствуйте, Александр Николаевич. С вами говорит Марина, дочь Анастасии Фёдоровны. Мама много рассказывала о вас… Вы знаете… она умерла… полтора года назад…

***

-Алло. Привет, это я.
-Привет.
-Как дела?
-Нормально, спасибо. А у тебя?
-Тоже ничего. Чего не спишь так поздно?
-Не знаю, не спится. Ночь сегодня такая тёмная-претёмная. Какая-то глубокая…
-Луну видишь? Она сегодня тоже какая-то необычная. Большая такая и почему-то очень жёлтая.
-Вижу. Здорово. Мы с тобой видим одну луну. Господи! Как же я тебя люблю!
-Нет, нет, не говори этого, подожди, впереди ещё такая большая жизнь, ты ещё тысячу раз скажешь мне это.
-Тысячу?
-Нет, две, три, десять, миллион… Много миллионов раз я буду слышать, как ты говоришь мне это…

Источник gexxx

Пути или камни

Однажды пассажир, путешествующий на корабле, заметил бесчисленное множество больших и небольших подводных скал, которыми было усеяно море. Обратившись к рулевому, он спросил:

— Господин рулевой, как вам удаётся пройти среди множества скал? Вы, наверное, знаете здесь каждый камешек, чтобы миновать его.

— Нет, — ответил рулевой, — камней-то я не знаю, но я знаю самые глубокие места, где можно безопасно провести корабль.

Иголка в стоге сена

Однажды одного мудрого и учёного человека спросили, в чём секрет его мудрости, в чём он видит основное различие между собственным разумом и разумом других людей. Он задумался ненадолго, а затем ответил:

— Если люди ищут иголку в стоге сена, то большинство из них останавливаются, как только найдут её. А я продолжаю поиски, обнаруживая вторую, третью и, возможно, если мне очень повезёт, даже четвёртую и пятую иголку.

Сколько лет ты хочешь?

Жил восьмидесятилетний старик всю жизнь проработавший в саду. И пришло время ему умирать. Явилась к нему Смерть, чтобы забрать к себе. Увидел её старик и взмолился Богу:

— Боже, дай мне пожить ещё хоть немного!

— Сколько лет ты хочешь? — спросил Бог.

— Столько, сколько листьев на этом дереве.

— Нет, это очень много.

— Ну, тогда сколько яблок на этом дереве.

— Это тоже много.

Ещё сильнее взмолился старик и тогда Бог сказал:

— Хорошо, я дам тебе пожить столько, сколько у тебя друзей.

И тогда заплакал старик — у него не было друзей.

Где ты живёшь?

Двое бродяг были арестованы.

— Где вы проживаете? — спросил судья первого из них.

Бродяга ответил:

— Весь мир — мой дом, небо — мой кров; я направляю свои стопы, куда пожелаю, для меня не существует преград. Я свободен.

Тогда судья спросил другого:

— А вы где проживаете?

— А сразу за ним, следующая дверь, — сказал тот.

Путешествие по реке

Один путешественник как-то вернулся в родные края из поездки на Амазонку. Люди очень просили его рассказать о своих впечатлениях. Но разве можно передать словами чувства, наполнявшие его сердце, когда он любовался экзотическими цветами, когда прислушивался к загадочным звукам ночного леса, когда знал, что совсем рядом — дикие звери, когда направлял каноэ через бурные речные пороги?

Он ответил: «Отправляйтесь туда и сами все увидите».

Чтобы облегчить им путешествие, исследователь нарисовал подробную карту реки. Люди схватили эту карту, вставили её в рамку и установили в мэрии города. Себе они сделали множество копий. Каждый, у кого была копия этой карты, считал себя большим специалистом по реке: ведь он знал каждый её поворот, её ширину и глубину; он знал, где находятся все пороги и водопады.

Нили

Кто-то разузнал, что Нили не только даёт своим ученикам упражнения, и музыку, и зрелища, но и поощряет чтение книг и собрания в экзотических местах.

Этот критик сказал мудрецу:

— Я уж забыл, сколько лет вы боретесь против подобной поверхностности и мишуры! Теперь же я нахожу, что вы сами используете это в своём так называемом учении. Немедленно прекратите эту практику или объясните её мне.

Нили ответил:

— Я не обязан ни отказываться от неё, ни объяснять её, но я рад рассказать вам о ней. Вот причина. Я даю упражнения людям, которые помогут понять, для чего они. Большинство людей этого не понимает, и они подобны человеку, который пришёл в харчевню и влюбился в кухарку вместо того, чтобы есть суп. Люди неверно воспринимают музыку, поэтому я лишаю их музыки до тех пор, пока они не смогут извлекать из неё пользу, а не забавляться ею. Пока они не знают, для чего нужна музыка, они потребляют её подобно людям, согревающим свои руки у огня, на котором можно было бы приготовить что-нибудь съестное. Что касается окружающей обстановки, то определённые её виды культивируются эстетами, которые, таким образом, лишают самих себя дальнейшей ценности и учат других останавливаться прежде, чем те получат что-нибудь действительно стоящее. Они подобны людям, которые, отправившись в паломничество, только и могут думать о числе сделанных шагов. Что касается упражнений, то давать их любому сколько-нибудь больше, чем позволить читать книги, я не могу, пока он не усвоит, что есть нечто более глубокое, чем поверхностность, когда вдыхают аромат плода и затем забывают, что он здесь, чтобы быть съеденным. Никто не возражает против вдыхания аромата, но все скоро умрут, если откажутся есть.

Берегись…

Берегись того, кто не ответил на твой удар
Б. Шоу

Я пришел домой

Однажды Банкей демонстративно сжег буддийское священное писание.
Ученики спросили его:
-Мастер, что Вы делаете? Вы всегда учили по этим писаниям, комментировали
их и размышляли над ними. Зачем же Вы сжигаете их?
Мастер рассмеялся и сказал:
-Потому что я пришел домой. Карты мне больше не нужны.

Всегда идти вперед

Ученик по имени Импо толкал впереди себя тачку, а Мастер Ма-цзы сидел
на его пути, вытянув ноги. Импо сказал:
-Учитель, уберите, пожалуйста, ноги!
-То, что вытянуто, не может быть убрано, — сказал Мастер.
-То, что идет вперед, не может повернуть назад, — сказал Импо и толкнул
тачку вперед.
Тачка проехала по ногам Мастера. Вечером его ноги были в синяках и
кровоподтеках, но он дал понять, что признает действия ученика верными.