Небо на вкус

А что получится если попробовать небо на вкус? Мое небо оказалось на вкус льдинкой, отколовшейся от чего-то, некогда бывшего чем-то большим.
Захотелось стоять и смотреть на небо, просто так, никому ничего не обещая. Захотелось проникнуть в него и остаться там и доверить ему все свои тайны. Возникло желание растянуться на облаке, как сонный кот на кресле и сладко досыпать теплые сны. А еще, еще захотелось напиться белых облаков как молока и чтоб вокруг губ остались белые молочные «»усы»».

Skripka

Подводные колокола

На острове построили храм с тысячью колоколов. Колокола, большие и малые, были украшены лучшими мастерами мира. В сильную непогоду, когда дул ураганный ветер, звон всех колоколов сливался в единую симфонию и приводил в восторг сердце каждого человека.

Прошло много веков, и остров погрузился в океан. С ним под воду ушли и колокола. Древняя легенда гласит, что колокола продолжали непрестанно звонить; при желании их мог слышать каждый.

Воодушевлённый легендой, один молодой человек отправился за тысячу миль послушать этот звон. Дни напролёт он сидел на берегу океана, всматриваясь в сторону утонувшего острова, и напряжённо вслушивался. Но он слышал только шум прибоя. Юноша старался не обращать на него никакого внимания, но безрезультатно: казалось, этот шум заполнил весь мир.

Так продолжалось нескольких недель. Всякий раз, когда его охватывало уныние, он ходил слушать деревенских мудрецов, с благоговением вещавших о таинственной легенде. В его сердце вновь вспыхивала надежда, чтобы… снова угаснуть после нескольких недель бесплодных попыток услышать заветный звон.

В конце концов, юноша решил отказаться от своей затеи. Возможно, ему и не суждено было услышать музыку колоколов. Возможно, это была лишь красивая легенда. В этот последний день он отправился на берег, чтобы попрощаться с океаном, с небом, ветром и пальмами. Он лёг на песок и впервые прислушался к шуму прибоя.

Вскоре звуки моря так поглотили его, что юноша уже почти не осознавал себя: он растворился в глубокой тишине моря.

И вдруг в этой тишине он услышал колокольный звон! Нежный звон маленького колокола, а за ним ещё один, и ещё, и ещё, пока музыка тысячи колоколов не слилась в единую гармонию, а сердце юноши не затрепетало в восторженном экстазе.

Дождь

Вечер. Иду по мокрой мостовой, рядом идет дождь.
Идти достаточно далеко, и я не тороплюсь, шагаю медленно, экономлю силы.

-Кто ты?- это дождь решил, поговорить со мной
-Человек… наверно – ответил я
-Что такое человек? – после некоторого раздумья снова спросил дождь
-Человек это я, это тот кого ты мочишь в данный момент.

-Я мочу не только тебя, я мочу весь город, мочу мостовую, по которой ты идешь…
Мостовая это тоже человек?
— Нет, мостовая не человек – в очередной раз ответил я – мостовая это дорога, по которой ходят люди.
— Кто такие люди?
— Люди это человеки- ляпнул я.
-Человеки?
-Да человеки!!! Люди, какая разница… Тебе не все равно кого мочить… Вот ты меня мочишь, я иду по грязной мостовой. Приду домой грязный как свинья…
— Что такое свинья?
— Свинья это животное, хотя человеки это тоже животные…
— Так. Люди это животные?
— Да. — ответил я.
— Вот так сразу бы и сказал! — обрадовался дождь.
— Ты знаешь, кто такие животные?- удивился я
— Да, животные это вы – ответил дождь.
— Скотина!- ответил я.

Я остановился, трясущимися от холода руками достал из кармана сигарету, другой зажигалку, попытался прикурить. Но шел дождь. Веселый, любознательный весенний дождь. Он затушил сигарету.

-Скотина! — еще раз прошептал я.
— Животное! — послышалось в ответ…

©Kelvin

Другое Небо

Сегодня она летела по воздуху – крошечное существо, обласканное жарким июльским солнцем, и всё её маленькое нежное тельце трепетало от счастья – всё, до кончиков микроскопических ворсинок на лапках и до переливистых прожилок на серебряных крылышках. Сегодня она поняла наконец-то, что это такое – СЧАСТЬЕ ПОЛЁТА!
Что такое полёт она знала уже несколько дней, с того самого момента, когда осознала, что она существует на этом огромном Белом Свете и что по Божьей Милости ей суждено летать. Но сегодняшний день явился для неё особенным. Почему? Потому что сегодня
она наконец-то поняла, нет, даже не поняла – ощутила всем своим существом, КУДА ей нужно было лететь. И как она не знала об этом раньше! И как она жила все эти долгие несколько дней, пока у неё не было того священного, приводящего в трепет осознания, КУДА ей надо было лететь!…
…Среди пространного и размытого голубого неба, среди расплывающейся перед взором зелени растений она вдруг, сперва едва уловимо, а затем всё ясней, всё отчётливей различала ЭТО…явившееся в тот миг ей, ей одной…Оно было совсем иным, отличным от всего того, что ей приходилось созерцать ранее, и в то же самое время, она вдруг с удивлением обнаружила, что ОНО каким-то странным сознанием своим обращается именно к ней, смотрит на неё… И пока ОНО смотрело на неё, она смотрела на НЕГО, долго и пристально, не отрывая глаз, смотрела и летела, влекомая странным непреодолимым желанием приблизиться, коснуться, влиться в это непонятное, но такое манящее ДРУГОЕ небо. То, что это НЕБО – она поняла сразу. Оно было столь прекрасно и столь пленительно, что просто не могло быть ни чем иным. И оно было, ярче, пронзительней и желанней всего того, что она видела раньше. Оно было похоже и не похоже на то небо, среди которого она привыкла летать. Ярко голубое, совершенной формы, чудесным образом поделенное на сектора, каждый из которых был отделён от соседствующих светящимся синим лучом, и каждый луч на этом волшебном небе исходящий от самых его краёв, противоположным своим концом устремлялся к центру, где находилось Солнце. А само Солнце – о, даже в самых ярких своих мечтах она не могла представить себе такое – само Солнце было чёрным! Казалось даже, что оно и не светило, а просто блестело, отражая своим центральным бликом голубоватый свет неба. Чёрное Солнце…она смотрела на него, не отрывая глаз, и смотреть ей было совсем не больно. Она и сама не заметила, как от этого крылышки её стали трепетать ещё сильнее, ещё звонче…Другое Небо! Она летела к нему и по мере приближения всё отчётливей ощущала его манящую влагу. Как будто бы только что прошёл дождь, и всё небо наполнилось влажной тёплой истомой. Другое Небо…теперь это будет её небо, только её, только…в эту минуту она ощутила внезапно нахлынувшую на неё волну любви, огромной, всепоглощающей, той любви, которая была в сотни, тысячи раз больше её хрупкого крошечного тельца и ей начало казаться, что эта любовь принадлежит уже не ей, а кому-то другому, совсем незнакомому, а от того таинственному и прекрасному. Наверное, это и есть Бог, — подумала она, и в то же мгновение её тельце проникло во что-то влажное и жаркое и ей стало так хорошо, что она уже не смогла шевельнуть лапками и крылышками. Последним, что она ощутила, было прикосновение Солнца к её сердцу, самым ослепительным своим бликом. Наверное, это и есть Смерть – подумала она, и в тот самый момент услышала над собой:
«Я люблю тебя!» — мягкое, как пёрышко птенца, сильное как ветер и горячее, как полуденное июльское солнце…. «я люблю тебя» — это было последнее, что она слышала, и она сливалась с этой фразой, растворяясь, становясь её частью, и всей своей крошечной душой объединяясь с ней, до кончиков микроскопических ворсинок на лапках и до переливистых прожилок на серебряных крылышках…она теряла ощущение своего тела, теряла своё Я и обретала гораздо большее, всю эту огромную силу той, сказанной над ней фразы, фразы, которую она слышала сейчас внутри своего сердца. И это было последнее…
… -Я люблю тебя – на тротуаре стояли юноша и девушка, похожие на ангелов. В пронзительно голубых глазах юноши мерцали слёзы.
-Не плачь, почему ты плачешь, тебе плохо?
-Нет, что ты, мне совсем не плохо, мне хорошо, ведь я так долго ждал, когда ты мне это скажешь, я ждал всю жизнь! Я не плачу, совсем не плачу – он поднёс руку к лицу – Мне просто что-то попало в глаз…ой, смотри, мошка…бедняжка! Кажется, она погибла…

Логика

Логика — это искусство ошибаться с уверенностью в своей правоте

Дж. У. Крач

Мука неподвижности

Это — почти неподвижности мука:
Мчаться куда-то со скоростью звука,
Зная прекрасно, что есть уже где-то
Некто, летящий со скоростью света.

Л. Мартынов

Она искала свободу

603926_423711447711553_1295253048_n

Она искала свободу. Читая книжки, она представляла себя на месте героини, обретающей в конце желанное. Она искала ее в бокалах с вином и ресторанах с мужчинами. Пыталась поймать ее за хвост наркотиками. Но развязка всегда была одинакова. Считая обертки от съеденных конфет и запивая свою горечь сладким шампанским, она упивалась пьяными мечтами о свободе. Часами бродя по магазинам, она пыталась купить себе то, о чем так страстно желала. Она грезила свободой с тех пор, как себя помнила. Предаваясь утехам любви, она ждала счастливый миг освобождения.
Часы проходили незаметно для нее. Они тонули в туманных, прокуренных комнатах ее большой квартиры. Звонков по телефону с приглашениями становилось все меньше, реже стали заскакивать приятельницы, мужчины, раньше часто навещавшие ее, забыли о ней.
Она еще больше стала ненавидеть окружающий мир. Ведь он предал ее. Обещал подарить свободу, а так легко обманул.
Шторы, ранее никогда не закрывавшиеся, теперь плотно зашторены. В квартире стоит полумрак. А ее щуплая сутулая фигура все реже появляется у пианино. Пустота!
Наша свобода заключена в нас. Только мы в праве ей распоряжаться. Только мы сами можем заточить себя в клетку, от которой сами же теряем ключи. Будь! и не забывай, что ты всегда свободен.

[info]Скрипка

Семья

Узы, связывающие твою истинную семью, не являются
кровными, они основаны на уважении и радости, открываемых нам в жизни друг друга. Редко члены одной семьи вырастают под одной и той же крышей

«Иллюзии» Р. Бах

Познай себя

Когда Бог создал человека, то испугался: «Если человек узнает обо мне, то станет таким же, как я — Богом! Нельзя, чтобы он нашёл меня просто так! Что мне делать?»

Бог позвал ангелов и стал с ними советоваться. Но никто ничего не мог придумать.

-Если я спрячусь на вершине самой высокой горы, то настанет день, и человек заберётся на неё, — рассуждал Бог. — Если я спрячусь под землёй, то настанет день, и человек найдёт меня там. Если я спрячусь в море, то настанет день, и человек изобретёт способ проникнуть в море. Если я спрячусь на небе, то придёт время, когда человек изобретёт способ подняться на небо, и я буду обнаружен. Если даже я спрячусь на другой планете, то придёт время, когда человек доберётся до неё! Что мне делать?

И тут один ангел, который всё время молчал, предложил Богу свою идею, от которой Бог пришёл в восторг. Ангел посоветовал Богу спрятаться внутри человека. Человек никогда себя не изучит до конца, а тем более, не будет там искать Бога.

🙂

В земле моей преступная краса

В земле моей преступная краса
И злоба нежная в одно соединились;
Там чаши желтых лилий в небеса,
Как бездны наслаждения, раскрылись,

Там в звонких ручейках прозрачен яд,
Что смерть дарует через наслажденье,
А змеи меж собою говорят
На языке предательств и видений.

Там в глубине покинутых садов
Навеки спутница моих ночных скитаний
Багровому цветку дарила кровь,
Полна любви и смутных ожиданий.

Я там всегда, когда добро и зло
В моей душе танцуют полонезы
(Где пар и масок равное число,
А пестрота их глаз рождает слезы…),

Смогу ли после смерти я просить
Тех, что на мои муки заглядятся,
Туда, где дети верволков резвятся,
Хоть в вечность раз костер переносить?