Про схватить и удержать

Вот вы придете ко мне в гости, предположим.

И все будет просто чудесно: будем пить ароматный чай, мармелад или конфеты есть. И беседовать о высоких материях или о жизни. Вы расслабитесь и откинетесь в кресле, вам станет хорошо и спокойно. Тепло и уютно. А потом я пойду и запру дверь в комнату, где мы сидим, на ключ. И скажу, что я не отопру двери еще час. И продолжу беседу.

Читать далее

Одна девочка пришла к бабушке в дом

Ил.: Светлана Беляева

Грустно ей было, еле слёзы сдерживала девочка. Сидит, такая бледненькая, худенькая, и молчит на табуретке у окошка. Она тихая была и скромная, девочка Аля. И не хотела бабушку расстраивать. Да и плакать нехорошо, некрасиво. Надо стерпеть.

Бабушка спрашивала: что случилось? Но Алечка отвечала: «ничего, бабушка, все в порядке!». Тогда бабушка подвинула Але большую миску с горохом — она на суп горох перебирала. И говорит: «ты мне помоги перебрать горошек. Я в огород пойду, а ты горошку пока расскажи все свои беды. Бери по горошинке, перекладывай в кастрюлю из миски, и рассказывай! Тебе легче станет!».

Читать далее

Тебе, ничего о себе не помнящей

Ил.: Toko Taira

Тебе, ничего о себе не помнящей.
Думающей, что потеряла дорогу.
Уверенной, что никакой дороги и не было никогда.

Я здесь не затем, чтобы все о тебе напомнить и рассказать. Я не буду называть тебя твоим настоящим именем, которое бы рассеяло туман забвения. Не стану петь колыбельные, чтобы ты – впервые, возможно, с детства – могла уснуть спокойно и сладко.

Читать далее

Малыш

Ил.: 111tong

Длинная очередь вереницей тянулась вперёд. Его выбирали. Подходили, трогали, смотрели. Улыбались, трепали за щёки . Он устал от них, но позади дверь закрыли и нужно было ждать. Пока его выберут и уведут жить.

Рядом за большим письменным столом сидел угрюмый мужчина, неопределенного возраста, и протоколировал всё и всех, кто подходил к Малышу. Он равнодушно задавал вопросы, не поднимая глаз от бумаг, и сухо выводил чёрные линии.

Малыш смиренно стоял, пока лица перед ним менялись. Такие разные, но одинаковые, глаза, улыбки, жесты. А потом он вдруг подумал, а чего это выбирают ОНИ? Это он пришёл к ним, а не они к нему. Он радостно подскочил и побежал вдоль очереди. Ой, да, тут так не принято. Вести себя нужно совсем по-другому. Совсем никак. Помалкивать и ждать.

Очередь осуждающе запричитала. Мужчина за письменным столом отложил ручку и опустил очки на переносицу. А где-то совсем рядом вдруг раздалось робкое хихиканье. Малыш притормозил. Заулыбался и с размаху уткнулся в плечо. Засопел. Плечо было костлявым и неуютным, так казалось владельцу того самого плеча. Как можно на него опираться? Оно не мягкое совсем, не по размеру. Но Малыш со всех предоставленных вариантов взял да и выбрал именно его. Худое, костлявое плечо. Оно было последним в очереди. Неуверенным, и если бы Малыш не был таким настойчивым, они бы не встретились. Полногрудая и пышная женщина запротестовала. Она могла и обогреть, и накормить, и приласкать. Костлявое плечо стеснительно сжалось. А Малыш ещё больше вжался носом в колючую ключицу, и из-под лба посмотрел в хитрые узкие глаза. Плечи у неё теплые и пышные, а глаза холодные. Не нужен он ей. Как и она ему. Другая женщина предложила мягкую подушку, голубую, как море, и уютную. Малыш лишь покосился на красивый предмет без души и ещё сильнее зарылся в плечо. Угловатое, костлявое, оно грело, как огонь. И мягкое было, до беспредела. Малыш вздохнул и засопел. А плечо боялось пошевелиться. Острое, и такое совсем неудобное. Малыш заулыбался во сне. И прижался сильнее. И плечо обмякло. Хоть и костлявое, но родное. До беспредела. И мягкое. И круто, что у него теперь есть такой Малыш, который видит сердцем. И не проведёшь. Малыш посапывал на уверенном плече. И так его и унесли, вдоль притихшей очереди. В открытую дверь. Жить. Вместе.

Мужчина за письменным столом закрыл книгу и заулыбался. Над дверью загорелась табличка «Следующий». Он снова надел равнодушие на лицо и отворил дверь. Первый их выбор — и им решить выбирать, или быть выбранными.

Алеся Максимова Читать далее

Состояние «мы» целительно само по себе

Ил.: Anna Petrova

— Самая деструктивная психическая манипуляция любых учений, философий, религий и психологических школ состоит в том, чтобы подсадить человека на саморефлексивность (то есть, по тем или иным критериям, якобы «я — невосершенный», «я — виноват», «я — говно», «моя природа повреждена») а затем торговать противоядием в виде очередной концепции или духовной практики.

Другое дело — живое человеческое общение, интерес, притяжение… Видишь — человек гармоничный, ему с самим собой хорошо. Пришел — посидел рядышком, сонастроился, побыли вместе, попили чайку, поговорили от сердца к сердцу…

Никто не лучше другого, никто не хуже. Просто каждый из нас проживает что-то свое, делимся друг с другом без масок и игр в то, что кто-то особенный, а кто-то ущербный…

Способность обретать «мы» состояние целительно само по себе. И это естественный путь, для которого не нужна никакая концептуальная база или особые «тайные знания».

Игумен Евмений
(из личной переписки автора)

Разморозка

Одно из самых любимых моих наблюдений — это тонкий процесс того, как люди, привыкшие к вечной мерзлоте семейного, или любого другого отчуждения, начинают оттаивать…

Оттаять — это перестать нещадно эксплуатировать механизмы защиты, которые помещают самые уязвимые эмоциональные материи в прочную броню молчания о главном…

Читать далее

Разные люди

Так одни супруги решили. И подали заявление на развод. И в ожидании развода осыпали друг друга претензиями и упреками, вспоминая обиды столетней давности и моменты непонимания. И говорили о бесплодно потраченном времени. И яростно делили имущество. И родственники вмешались, понятное дело, и с одной стороны, и с другой, давая советы и подливая масло в огонь.

Читать далее

Просто быть полностью доступным тому, кто перед вами…

Просто сидеть без ожидания с кем-то, кто испытывает печаль, страх, одиночество или отчаяние. Не пытаться как-то исправить людей или манипулировать ими в соответствии с нашим представлением, как это должно быть…

Просто слушать, не играя роли «эксперта», «просветлённого «гуру» или «того, кто знает лучше».

Просто быть полностью доступным тому, кто перед вами, идти с ним через огонь, держать его за руку, когда человек сломлен — так мы начинаем лечить друг друга любовью.

Незащищенные, вне наших ролей, только тогда мы действительно встречаемся.

Джефф Фостер

Непобедимое – это когда твоей правды достаточно

Говорю Саше: «Камю как-то сказал: самой холодной зимой я узнал, что внутри меня – непобедимое лето. Вот внутри тебя – живет непобедимое лето?» На что муж ответил: «Не уверен насчет лета, но точно что-то НЕПОБЕДИМОЕ».

Всегда ему в этом завидовала.

Впрочем, непобедимое не обязательно должно быть громким и очевидным, заметным, как минус двадцать на улице, острым, как скальпель. Но оно точно есть – в каждом и любом из нас, даже когда неудача за неудачей, и жизнь кажется не просто черной зеброй, а вообще одной большой жопой под ее хвостом.

Читать далее

История о портном, царе и о его медведе.

Ил.: Sandra Dieckmann

Хорхе Букай: «Есть истории, которые очень много для меня значат. Одна из них – это история о далеком прошлом, ее мне как то поведал Мой дедушка, а теперь я хочу пересказать ее так, как запомнил. Это история о портном, царе и о его медведе».

Однажды царь обнаружил, что одна из пуговиц его любимого платья оторвалась.

Читать далее